Горная 4ка Сильвестрова на Матчу 2006 заметки участника

Материал из Туристский клуб НГУ
Перейти к: навигация, поиск

СОГДИЙСКИЕ ОБРАЗЫ, ЛЕТЯЩИЕ СКВОЗЬ ВРЕМЯ


Посвящается памяти Явдата Ильясова

Настоящий текст — необработанные, обрывочные записи об августовском походе в горный узел Матча, а техническое описание сделает руководитель.
Однажды мне сказали, что будто бы после похода в голове остаётся всего слов триста словарного запаса, да и то половина из них — это про еду, компьютеры и альпинистский жаргон.
По-моему это не так.

4 августа

К воротам по пыльному переулку подкатил белый бус. Закидываем рюкзаки и грузимся. Я в первом ряду за спиной водителя, рядом с водителем — Илья. В городе асфальт плавится. Успешно выехали из города и едем по «бетонке» — международной магистральной автодороге А-2. С задних сидений слышится хруст печенья и отрывистый смех Ярика. Водитель — парень из Бишкека. По образованию — экономист. Работает не по специальности по разным причинам. В Россию переезжать не собирается, тоже по разным причинам. Говорили много о политике и экономике, "...о башмаках и сургуче, капусте, королях и почему, как суп в котле, вода кипит в морях". Границу пересекли без проблем. Задержались в Бишкеке — уладить дела в Аксае — и в аэропорт "Манас". В "Манасе" с комфортом расположились в зале ожидания на втором этаже. В здании аэропорта прохладно, снаружи только вечером чуть-чуть спала жара. Желания двигаться нет, только хочется лежать. Наш рейс — утром.



5 августа

«Кто услышал зов Востока, вечно помнит этот зов»
Редьярд Киплинг

Прилетели Серега, Вася и Рома. "Чё вы такие опухшие ?!" Перелет Бишкек-Ош занял минут пятьдесят. Видимость хорошая: внизу хребты, ледники, долины, реки, озера как на картинке. Эх, скорее бы туда, видеть все это рядом, скорее бы хлынул в ноздри терпкий запах горных растений! Вижу Рома тоже прильнул к иллюминатору и "бьет копытом". Перелетели Киргизский хребет, летим над Ферганской долиной. Вдали виднеется Алайский хребет. На карте Птолемея горы Зеравшанского бассейна назывались Согдийские горы. Когда-то здесь был древняя Согдиана.


"И вот опять над городом блеснул

Ущербный полумесяц минаретов

Сквозь решето огней, теней и светов."


Поэзия в культуре Востока занимает совершенно особое положение — это дело не просто тонкое, а наитончайшее. Саади, Джами, Низами, Фирдоуси, Абай, Алишер Навои, Омар Хайям.

"Знай, справедливость громче славных битв,

И выше догм, религий и молитв.»


Подлетаем к городу Ош. Внизу мелькают арыки, сады, бахчи, дороги, силуэт Сулейман горы напоминает беременную женщину лежащую на спине.

"В области Ферганы нет города, равного Ошу по приятности и чистоте воздуха".

«Бабур-наме»

Говорят, если хочешь узнать, чем живет город, иди на базар. Особенно это характерно для восточного города. Базар здесь одновременно и торговый центр, и клуб деловых встреч, и выставочный павильон под открытым небом. Уже за два-три километра ты начинаешь слышать и ощущать его: многочисленные торговцы с машин вдоль дороги, кафе, запахи уличных жаровень, на которых жарится мясо и пекутся лепешки, ароматы восточных пряностей, магазинчики, выкрики продавцов. Пестрые ткани, яркие ковры, полосатые халаты продавцов из провинции, горы фруктов, от оранжевых мандаринов до иссиня-черного винограда — все это в лучах ослепительного южного солнца создает незабываемую картину.
На базаре можно встретить уличных музыкантов, игроков в шахматы или нарды, фокусников и других непривычных для нас действующих лиц.

Если человек из северных мест попадёт в южный город и не выкроит вечера сходить в славящийся чем-нибудь театр, интересный музей, не выберется посмотреть достопримечательность, можно причислить его к малокультурным личностям (или сосредоточенным на одном предмете, что одно и то же).
Но если он не хочет потратить час, чтобы побывать на базаре то это мрачный человек.
Не обязательно быть чревоугодником, чтобы радоваться красками зелени и фруктов. Тут радуются любящие природу, её всемогущество и щедрость. Форма, цвет, аромат, вкус — сколько всяческого разнообразия этих качеств увидишь. Понимаю, что это довольно-таки бедняцкий способ — приобщаться к прелестям природы на базаре. Лучше бы путешествовать по горам, совершать без конца турпоходы. Но человек, безразличный к плодам и цветам лишь оттого, что они на прилавке рынка, будет безразличен ко всему, что от природы, и в походе.



Встретились, погрузились, пообедали в кафе. Еда здесь острая, сочная, красная, от неё всё горит внутри. Напитки тоже острые, белые, чистые, дающие здоровье и силу. После обеда едем в Баткен под палящим ферганским солнцем мимо городков и поселков тонущих в желтой пыли и оранжевом мареве. На юге тянется гряда гор.

"И солнце, встав в голубизне и дыме,

Земле в упор и холодам в упор,

Ударит вкось ножами золотыми

По сердцу замороженному гор."

Вдруг пахнёт благоуханием цветущих садов. Мутные струи арыков несут белые и розовые лепестки миндаля и урюка, они кружатся в воронках водоворотов. Это вестники Ферганской долины. За хребтами, в кольце снежных вершин, лежит эта благодатнейшая из долин, о которой еще в X в. географ Макдиси писал: «Это прелестнейшая страна на земле аллаха, богатая деревьями, изобилующая реками, оглашаемая пением птиц». Сады. Деревья возле дороги покрыты слоем пыли. Мелькнуло кафе с вывеской "Согдиана". Географ аль-Истахри в своём сочинении «Китаб масалик аль-мамалик» («Книга путей государств») пишет, что Фергана в Х в. насчитывала 40 городов образовавших отдельные провинции: на севере — федерацию Вагизийских городов, на юге — Несайских, на востоке — область Миян-и-Рудан. Города существовали в Фергане задолго до нашей эры, население государств Давань и Согдианы жило осёдло, занималось земледелием и разными ремёслами.


Историческая справка

Согдиана, Согд. Первое упоминание о Согде мы встречаем в священной книге зороастрийцев Авесте — Сугд или Сугуд, что в переводе означает страна, где царят свет и чистота, откуда было изгнано и не допускаемо все мрачное, враждебное и вредное. В 6-4 вв. до н.э. входила в древнеперсидскую Ахеменидскую державу. Вместе с Парфией, Хорезмом и Арейей Согдиана была включена в ее 11-ю сатрапию. Население Согдианы платило значительные налоги, предоставляло в распоряжение персидских царей крупные воинские контингенты. В 329-328 до н.э. население Согдианы во главе с Спитаменом оказало упорное сопротивление Александру Македонскому, два года сдерживая дальнейшее продвижение греческого войска дальше в глубь Азии. Македонский шёл сюда не ради экзотики.
Во 2 в. до н.э. китайский землепроходец Чжан Цянь, искусный талантливый дипломат, вдумчивый географ, оставивший отчеты о своих путешествиях, называет Согдиану "Давань" (Даюань, «Великий Юань») и "Кангюй". Чжан Цян застал жалкие остатки того, что когда-то называлось греко-бактрийскими царствами. В отличии от Бактрии, которая ещё довольно долго оставалась в составе Греко-Бактрийского царства, Согдиана гораздо раньше добилась своей независимости. Чжан прошел по Ферганской долине, посетил Ош и через Иркештам покинул "Си-юй" (Западный край). Чжан был послан к племени юэчжи и усуням с целью склонить их на союз против гуннов. Позже примерно этим маршрутом прошёл Чан-чунь, и описал своё путешествие в «Сиюйцзи» — «Записках о Западном крае». В 6-7 вв. Согдиана была покорена Тюркским Каганатом, но сохраняла внутри Тюркского государства определённую самостоятельность. По поручению тюрков согдийцы вели торговые переговоры с Византией и Ираном. Общим обозначением согдийцев и вообще всех народов живущих на Западе по-китайски было слово «ху» — западные варвары.
В 630 году здесь путешествовал Сюань Цзан. В середине VII века Судинфан нанёс крупное поражение войскам западных тюрков и преследовал их до реки Чу. В 748 году н. э. китайские войска вновь вторглись в пределы Семиречья и разрушили ставку тюргешей город Суяб. Значительная часть эпоса «Манас» содержит описание борьбы киргизского народа с китайскими захватчиками.
В конце 7 начале 8 вв. Согдиана завоевана арабами. Потерпев в 751 году поражение от арабов в Таласской битве, Китай теряет данный регион из вида на 1000 лет, чтобы вернуться сюда в 1756 году.


Вода в арыках стремительная, бешеная, местами вверх по склону! Повсюду на арыках чигири — огромные колёса с черпаками — конструкция не изменилась со времен Авраама.

"И яростная снеговая кровь,

То падая, то пенясь по отрогу,

То встав столбом, то рассыпаясь вновь,

Нашла себе широкую дорогу"

Ещё античные учёные и писатели обращали внимание на соседство пустынь с полноводными реками. Флавий Арриан во II в. до н. э. вспоминает о временах Александра Македонского: «Александр прошёл по всей стране, орошаемой Политиметом. Несмотря на своё многоводие, река теряется в песках». Это обстоятельство подчёркивает Страбон: «Оросивши Согдиану, Полититмет входит в песчаную, пустынную страну и там поглощается песками». П. А. Кропоткин в своём лондонском докладе говорил: «Вся обширная область Центральной Азии находится в состоянии быстрого высыхания, как высыхала она уже с начала исторической эпохи.» С библейских времён жизнь Средней и Передней Азии была тесно связана с ирригацией. Небольшие арыки и крупные оросительные системы начинались из рек, стекающих с гор. Люди понимали, что главный источник воды находится в горах. И всё же их удивляло соседство пустынь с полноводными реками.

Средняя Азия… Сказочная страна безоблачного неба, огромных звёзд и резких контрастов. Ровные степи, бесконечные пустыни с шуршащими песчаными волнами, разморенные сухим горячим воздухом, сменяются узким серпантином горных дорог, медленно подбирающихся к перевалам, где гуляет холодный пронизывающий ветер, а в лощинках, куда не заглядывает солнце, круглый год сохраняется снег. Шумные базары, и древние мечети раскалённых пыльных городов, и отягощённые спелыми благоухающими плодами сады Ферганской долины, безмятежно трусящий по асфальтовой дороге большого города всадник на ослике — всё это Средняя Азия.

С обеих сторон тянутся фиолетовые предгорья. Над ними кулисами высятся горные цепи: сумрачные скалы, похожие на развалившиеся башни и разрушенные стены, меж которых, подобно изваяниям, торчат красивые утёсы песчаников. И еще выше сверкает третий ряд величайших гор, увенчанных прозрачными, пронизанными светом ледяными вершинами, среди которых свободно плавают облака. А впереди распахивается долина, озаренная солнцем, о которой тот же Макдиси писал, что в ней «не видишь селения, прежде чем в него не войдешь, ибо его заслоняют деревья», долина, которую, русские дореволюционные путешественники именовали «жемчужиной Средней Азии», посвящая природе ее пылкие страницы поэтических описаний. Голубая ниточка Сырдарьи окаймляет Ферганскую долину с севера, а полоса густонаселенных оазисов — с юга. Тысячелетия с заоблачных ледников Алайского хребта, бросаясь от берега к берегу, мчались к Сырдарье ее стремительные притоки.

Среднеазиатские правители часто приглашали себе на службу учёных людей, и выделяли крупные суммы для создания библиотек. Известна вторая по величине после Александрийской Отрарская библиотека, основанная среднеазиатским учёным Аль-Фараби. В библиотеке визиря Ас-Сахиба ибн Аббада (10 век) насчитывалось около 206 тысяч рукописей. Однако, будучи государственным деятелем и воином, Сахиб большую часть своей жизни провел в седле. Вместе с собой в поход он брал и библиотеку. На перевозке книг было занято 400 верблюдов, причем шли они всегда в строго определенном азбучном порядке, так что караванщики — «библиотекари» легко находили любую книгу, которая могла понадобиться визирю Сахибу. Для облегчения поиска книг был создан каталог из десяти томов. Столичная библиотека эмира Адуд ад-Даула (друга астронома ас-Суфи) прославившегося не только как полководец и государственный деятель, но и как меценат и покровитель науки и искусства, была систематизирована по тематикам, книги каждой тематики хранились на стеллажах вместо обычных для того времени сундуков, в отдельном зале, где также находился каталог по автору и названию книги.

Matcha 2006 Fotune.png

«Замысловатые сюжеты»

Начиная с 1812 года эта земля стала частью поля, на котором разыгрывается «Большая Игра», кульминацией которой можно назвать Советско-Афганскую войну 1979 — 1989 годов.


Возле Шахимардана на повороте перед мостом — блокпост: автоматчики в камуфляже, бронежилетах и касках. Несколько гортанных слов, вопросы о дороге и постах, и едем дальше. Один раз остановились на краю виноградника. Мухтар-ходжа (бывал в Мекке два раза) крикнул что-то мальчишкам. Виноград мелкий — наверное, сад запущен. Мухтар-ходжа носит высокую черную тюбетейку, иногда подсмеивается над нами. Один раз он и водитель набрали воду из арыка, текущего с полей и выпили. Мухтар-ходжа заговорщицки подмигнул мне, и протягивая бутылку сказал на ухо: "Будешь пить эту воду? Дэущки будут любить, ух как!". И косясь хитро на Таню: "Только смотри — никому не говори". Купили у дороги арбузов.

Из всех притоков Сыр-Дарьи, которые мы пересекали по пути самый крупный — Сох. На Сохе нечто вроде плотины с системой многих лотков и шлюзов, которыми вода отводится на орошение садов. По этой плотине ходит "хранитель воды" — сухой, долговязый старик c белой повязкой на голове, открывая ключом одни ворота и закрывая другие. А точнее — "повелитель воды", мираб, от слов мир, эмир, что значит повелитель и аб — вода (Пенджаб — «Пятиречье», Мургаб — от согд. марг 'луг' и общеиран. аб 'вода, река', Обь). Мираб являлся главой ирригационной администрации, который руководил сооружениями и распределением между земледельцами оросительной воды.

Крупным притоком сбегает речка Сох с Алайского хребта, распадается в предгорьях правильным веером на сотню речек-каналов, а от них, в свою очередь, густой сетью разбегаются тысячи тысяч арыков. Больше любой другой реки Средней Азии Сох на карте похож на зимнее, свободное от листвы дерево: прямой ствол, от которого во все стороны расходится пышная крона густых тонких ветвей. Мельчайшие звенья этого веера, которых на карте даже и не увидишь — так они малы, тоже представляют собой веера, тысячи вееров. Каждое поле — своего рода веер арычных борозд и гряд. Именно здесь, на полях, работают люди древней профессии — поливальщики. Полив хлопковых, рисовых, бахчевых и других полей и садов, также как чеканка по металлу или роспись гончарных кувшинов — тончайшее мастерство.
Мастер полива — это виртуоз своего дела, опытный и всеми уважаемый в округе человек, ведающий орошением, который по цвету земли безошибочно угадывает, сколько в ней влаги; по цвету и положению листьев хлопчатника точно определяет, когда пора пускать на поле воду; по температуре воздуха, по влажности его, по направлению ветра, по сотням других признаков угадывает, сколько именно воды нужно сейчас хлопковым кустам. Мало того, мастер (уста) поливного дела — это человек умеющий экономить воду, ибо вода здесь драгоценнее металла.
Когда не было нефти, газа и электричества, чтобы поддерживать оазисы и поля дехкан в цветущем состоянии даже в маловодные годы, требовалось много внимания и труда. Среди мирабов были честные не сгибавшиеся ни перед кем справедливые люди, и были такие, что угодливо склонялись перед баем, ханом, имевшими большую власть и обширные наделы.
В Баткен приехали вечером. Ночевали у водителя Мамиджан-ака.

6 августа

Утром, после переговоров с представителями власти и покупки бензина поехали дальше. Едем все время вдоль ирригационных сооружений из бетона, по которым бешено несется вода. Встречаются довольно сложные многоуровневые развязки, местами вода несется турбулентно вверх по склону. На бетоне надписи: "Наше будущее — Коммунизм!", "Бакыт" (Счастье), "Слава Труду!". Строительство ирригационных систем — один из древнейших видов инженерного искусства. Одна из первых мощных ГЭС в Средней Азии — Гиндукушская ГЭС.
Самые величественные гидротехнические сооружения были воздвигнуты в Римской империи в IV веке до н. э. В начале I века до н. э. в Риме действовало 11 акведуков общей протяжённостью 436 км, из низ 55 км — на наземных арочных мостах. При раскопках в Херсонесе — древнем городе в Крыму — было открыто 5 линий подземного водопровода. Построенный в римский период 1900 лет назад водопровод давал в город воду с Балаклавских высот. Его водой пользовались во время Крымской войны в 1854-1855 годах, а одна из линий водопровода и по сей день подаёт воду в Севастополь. Ассирийский царь Саргон II после похода в Персию и Армению описал иранские гидротехнические сооружения — кяризы или канаты (производное от местного слова "копать"). Сын Саргона, Сеннахериб (705 — 681 г. до н. э.), применил принцип иранских "канатов" при строительстве ирригационной системы около Ниневии — столицы древней Ассирии. Мутная вода Тигра не нравилась царю, и по его повелению были воздвигнуты две плотины, образовавшие огромное водохранилище, а также великолепный канал длиной 48 км, соединивший водохранилище с городом и вошедший в историю под названием Сеннахериба (висячие сады Семирамиды). Иранские "кяризы" создавались трудом миллионов рабов, которые в тяжелейших условиях через узкие вертикальные шахты поднимали на поверхность бесчисленные корзины с грунтом с глубины 120 м. Это колоссальная подземная система облицованных трубопроводов, установленных под углом и действующих по принципу самотёка. Масштабы иранских "кяризов" соперничают с акведуками Римской империи, с тем существенным отличием, что Ассирийские и Римские акведуки уже стали достоянием истории, а иранская гидротехническая система не только используется в течении 3000 лет, но и постоянно расширяется, снабжая чистой водой 9-ти миллионный город Тегеран. В Иране имеется 22 тыс. подземных «канатов» общей протяжённостью более 275 тыс. км (ср. 367 тыс. км — примерно минимальное расстояние до Луны). Эта система поставляет 75% всей воды, используемой в стране как для орошения полей, так и для снабжения населённых пунктов питьевой водой. Система иранских «канатов» настолько проста и эффективна, что её приняли на вооружение многие народы, имевшие в древности культурные связи с этой страной, например, акведук «Джуйи Арзиз», построенный две тысячи лет назад, для снабжения чистой водой древнего города Афрасиаб вблизи Самарканда.


Проехали Баткенское море (Тортгульское водохранилище). Оазисы, сады. Жара. Вода в радиаторе закипела. Остановились. В арыке намочил ледяной водой панаму и рубашку. Все высохло мгновенно. Наконец Ворух. Небо на юге затянуло тучами. На дороге возле Воруха познакомились с местным жителями — мальчишки гоняли по асфальту колесико, потом стали кидать в нас камешки. Потом пришел их отец — они сказали ему, что мы хотели их украсть. Познакомились. Зовут его Акбар. Вместе с братом Колей торгует курагой у нас в Новосибе на рынке в "Щ". Пригласил нас есть плов. Готовил обед для рабочих, которые помогают ему дом строить, готов нас угостить. Нет, мы торопимся. Расспросили про обратный транспорт, рейсовые автобусы есть? Есть, от Воруха до Ходжента три часа, от Ходжента до Ташкента еще три часа. Ходжент — бывший Ленинабад (с 1936 по 1991 гг.), а Ленинабадская область с 2000 года переименована в Согдийскую область. Вообще, у города Ходжента много переименований.


Историческая справка

В древности Ходжент назывался Ванкат, потом греки переименовали его в Александрия Эсхата (Александрия Дальняя). Скромный Александр Македонский за время своего похода основал всего девять разных Александрий. Все они переименованы, например Александрия Арахозиас — теперь Кандагар, Александрия Ариана — Герат.

Македонский казнил множество близких друзей, в том числе своего молочного брата начальника конницы Филоту, старого товарища и друга отца Пармениона. В столице Бактре Александр Македонский сжег древнейшие сочинения бактрийских мудрецов и ученных: о врачевании болезней, летописи с описанием прошлого народов. Фридрих Энгельс называл Александра Македонского "одним из лучших кавалерийских командиров всех времен", так как он разработал основы кавалерийской тактики и развил принцип неравномерного распределения сил по фронту, открытый Эпаминодом. Таким как Македонский нужна, конечно же, не поэзия.

Машина у Мамаджана-аки сломалась. "О ты, презренная помесь паука и гиены! Осквернитель ислама и порождение греха! О ты, который...". Перегружаемся в большой камаз к погранцам, которые едут за дровами. С комфортом располагаемся на рюкзаках. Едем через Ворух. Глухие восточные улочки, дувалы. Персидские красавицы. В магазине купили минералку, лепешки и желтый кристаллический сахар. Продавец — вылитый Радж Капур. Из магазина выходит, что-то бормоча, старуха с крючковатым носом и большими птичьими глазами, одетая ни то в шаль, ни то в накидку какую-то. И сама она ни дать ни взять — какая-то птица из сказок Синдбада Морехода. Ребятишки на ишаке, кричат что-то, по-таджикски я ни бельмеса. Выехали за Ворух. Абрикосовые сады. Ветки хлещут по лицу, пригибаемся. Пытаюсь сорвать несколько плодов. Дорога полезла круто вверх. Склоны усеяны ордами арчи. Круто вниз — обрыв. Внизу кишлак. Собаки бегут за машиной. Подбираем попутчика на Кшемыш — в соседнюю долину. Выехали на перевал. Далеко внизу — ленточкой река Кшемыш, что значит изогнутый. Все, дальше погранцы не едут. Выгружаемся. Отсюда, собственно, начинается пешеходная часть.

Ох, и тяжелые рюкзаки... За пару ходок спустились вниз, вдоль берега реки тянется кишлак. На краю поселочка болтаются два киргизских подростка—бездельника. По-русски якобы не понимают, скорее всего, дурака валяют. Одного зовут Тургумбай. Пошли, поселили нас в абрикосовом саду (кое-кому это дорого обошлось). Нет, нет, дождя не будет и быть не может! Как приятно спать в палатке! Кругом дикие горы, внизу шумит порог, орды хвойной арчи льют свое смолистое дыхание со склонов. Сон чуткий, постоянно просыпаешься от каких-то подозрительных звуков. Что это было дикие звери? А может быть злые люди? Арбуз, оставленный в ручье, у нас взяли и съели по ошибке. Утром выяснилось, что не только арбуз, но еще и приличную сумму денег. Мораль: при ночевке в абрикосовом саду выставляйте автоматического киборга с запросчиком свой-чужой и устанавливайте бластер на поражение (огонь открывать без предупреждения).


7 августа

«Никто не хотел умирать»

Жара. Тропа идёт по-над-вдоль Кшемышом. Вдоль реки заросли облепихи, редколесье арчи, эфедра, астрагалы. Рюкзаки — пытка средневековых инквизиторов. Навстречу попадаются местные жители на ишаках. Общаемся. В одном кишлаке бабушка догоняет нас довольно долго наперерез вниз по косогору, в руках у нее бидон айрана и лепешки. Сели, беседуем, фотографируемся, пьем айран. Туристы? Уж, восемь лет как не было, милые вы мои! А как хочется пообщаться! Марал бабушку зовут, милые. Бригадиром раньше была. Таким образом, дошли мы до большой красивой поляны возле родничка и заночевали. Вперед выслали разведчиков.



8 августа

«Обратной дороги нет»

Утром встретили чабанов. Один согласился подвезти часть нашего груза на ишаке. Его зовут Джунуспай. Уф, хоть немного легче! Дошли до места брода через Кшемыш. Еще охотники, чабаны, чай, айран. Учитель из Самарканда. Его зовут Копа. Наконец перешли Кшемыш вброд. Делаем заброску, обедаем. Идем дальше. Ночевка под осыпным склоном. Спали под грохот канонады. Особо нервные вихрем выскакивали из палатки раза два за ночь. Кое-кого даже растоптали при этом.


9 августа

Подъем на перевал Тубек 4200 1Б. Озеро Каракуль-Катта.
Утро встретило нас прохладой. Морены, потом длинная, очень длинная нудная сыпуха. На седловине тупили, фотались. Спускались тоже по длинно сыпухе, но уже веселее. В обед жара невыносимая. Зеленый чай с жасмином будет преследовать нас весь поход. Не всем это нравилось, но пили все. Спускаемся с ледника. Делаем витаминизированный напиток. По холмам выходим к реке Нурлоу, питающей озеро Каракуль-Катта.
На склоне одного из холмов мы увидели странное "чучело". На вид — обычное огородное пугало состоящее из каркаса с напяленным на него пиджаком и шляпой, но к "руке" была привязана жестяная банка из-под сгущёнки, простреленная несколькими пулями.
Нас издали облаивают аульные собаки. Спускаемся к озеру по живописнейшей долине среди хвойного арчёвника. Некоторые арчи метра три-четыре в обхвате. Если учесть, что арча растет очень медленно, то некоторым экземплярам под тысячу лет. Палатки ставим на берегу в десяти метрах от воды посреди продуктов жизнедеятельности овечьего стада. Отдых. Купание. Сон.


10 августа

Легко зашли на н/к перевал, вид на соседнюю долину завораживающе-гламурный. Бодро сбегаем в сторону речки, вытекающей из-под ледопада Райгородского. По ходу фотографируем ледопад Райгородского с разных точек. Паша то и дело отстает, водружает свою треногу, снимает, снимает и снимает... Обед на речке. Вода в речке - муть. Жара, пекло. После обеда, потерпев неудачу при форсировании притока реки, ночуем на зеленой поляне под кронами хвойной арчи. Надо сказать, рядом с арчей соседствует береза, довольно толстые узловатые стволы — какой-то среднеазиатский вид.


11 августа


«Город — сказка, город — мечта…»

Успешно форсировав приток реки подошли к ледопаду, надели кошки и с налёту полезли вверх прямо по центру ледопада. Всё течет, жара невыносимая, лёд покрыт толстым слоем глины, песка и какой-то сажи. Через пару минут мы все были похожи на чертей. Этак мы лезли без обеда до самого потемнения. Когда в головах прояснилось, стало понятно, что до верхнего ПЛАТО нам как до Луны, вниз спускаться тоже не светит, решили раздолбить облюбованную трещину между сираками и заночевать. Ночью раздавались разные звуки — то грохот обвалов, то треск сползающего под нами льда... Сон. Встаем, быстрее идем! Одеваем снаряжение. Долго лезем, то в связках, то по перилам. Темно... Когда же рассвет? Опять идем куда-то в темноту. Вроде выполаживание. Небо сереет. Неужели конец? Трава?! Откуда. О, черт, мухи! Теплеет вроде. Вдали прорисовываются какие-то контуры. Наконец-то ровная поверхность. Тихий рассвет. Вот мы залезли, так залезли! Солнце. Перед нами, немного внизу ровное плато — вдали контуры города. Отблески утреннего Солнца на блестящих поверхностях каких-то строений. Издали доносится деловитый приглушенный гул цивилизованной жизни. Возвышается какая-то конструкция с поперечиной вроде подъемного крана. Видно что-то движется. Изумрудный город? Фантастические города Рэя Бредбери? Зазеркалье? Просыпаюсь, Вася уже раскочегарил примуса. А, вчера вечером трепались после ужина, Паша говорил что-то типа ледопад Райгородского — Рай-город.


12 августа

Почти весь день спускались вниз. Спустившись, пообедали, выстирали одежду. Перелезли через боковую морену к реке Калаимахмуд вытекающей из-под ледника Студеного. С вершины морены нас атаковало стадо коз — когда они все ринулись, испугавшись, на нас сверзился огромный утес конгломератного склона. Пыль, камни, глина. Перешли речку вброд. Ура, костер, много дров, ночуем на зеленке! По берегу торчат гигантские зонтики борщевиков Стевена. Выше двух метров.



13 августа

«Per ardua ad astra»

(the motto of the Royal Air Force)


Идем на перевал Спартак 2Б 4500. Солнце палит с самого утра. Вылезли на морены. С другой стороны стадо овец. А вот и пастушки — два брата. Один в стеганом халате на голое тело, другой в трусах и футболке. Во время обеда наблюдали, как с пика Боец (5398 м) сошли одна за другой несколько лавин. По длинной нудной сыпухе поднимаемся на седловину Спартака. Вечером любуемся звездами. Возле вершины Боец красуются созвездия Скорпиона и Стрельца. Рубин Антареса украшает небосвод. Млечный Путь чертят метеоры потока Персеиды.

Звёзды, глядящие с неба уже тысячи лет, само непонятное небо и мгла, равнодушные к короткой жизни человека, когда остаешься с ними с глазу на глаз и стараешься постигнуть их смысл, гнетут душу своим молчанием.

Символы вечности и бесконечности. Загадочные огни ещё неведомой Вселенной. Их таинственное мерцание извечно томило людей, пробуждая в них одновременно боязливое и беспокойное чувство. Человек воспринимал их появление на небе как шествие титанических сил, как многоликое, грозное, всевидящее око.

Вблизи центра каждой звезды при температурах в десятки миллионов градусов бушуют реакции. Основное вещество Вселенной — водород превращается в гелий. В этих чудовищных ядерных кострах рождается плазма — альфа и омега всей энергии в природе, «четвёртое состояние вещества», хотя в табели о рангах ей следовало стоять первой.


14 августа

Утром ослепительно яркое Солнце. Быстрее вниз! Наспех кофе, сбруя, кошки, каска и вперед! Внизу спускались уже под перекрестным обстрелом: с обоих сторон начали сыпаться большие и малые камни. Все удачно. Холодный обед с лимонадом и к заброске. Все цело! Готовим плов, празднуем Машин день рожденья. Долго песни у костра.


15 августа

До обеда отдыхаем — полудневка. Рюкзаки опять потяжелели. Но веселья и шуток от этого не убавилось, а скорее наоборот. Ночуем на леднике Кшемыш.


16 августа

Идем на перевал Щуровского 1Б* 4400. Погода отличная, как всегда — Солнце, жара. Разглядываем хребет, перевал Кшемыш и все остальное. После обеда вышли на седловину. Гламурный вид на пик Скалистый (5621 м). Много фото. К вечеру небо затянуло. Сбросили высоту, спустились к леднику Щуровского. В ожидании ужина играем в карты. Илья сварил шикарный борщ.


17 августа

Обсуждали: ледник Ольги Федченко, впадающий в ледник Щуровского — это не в честь ли жены того самого Федченко? Оказывается в ее честь, и того самого. Здесь в 1871 году был сам Федченко. О том, как проходило это путешествие, Федченко рассказал в книге "Путешествие в Туркестан", в главе "В Кокандском ханстве", опубликованной в 1875 году. В истоках Исфары Федченко сделал крупное географическое открытие: обнаружил ледник и обследовал его. О. Федченко сделала рисунок ледника, а А. Федченко дал леднику имя своего учителя — Щуровского. Жена и постоянная спутница исследователя сделала 24 июня 1871 года известный рисунок "Ледник Щуровского и истоки реки Исфара". Известные рисунки О. Федченко: "Вид Заалайских гор с перевала Исфайрам", "Шахимардан", "Алай и Заалайские горы в июле 1871 года". И. В. Мушкетов, восхищавшийся рисунками О. А. Федченко, говорил прежде всего об их научном значении: "Прекрасный, хотя не законченный, труд А. П. Федченко украшен роскошными рисунками О. А. Федченко; между ними обращает на себя особенное внимание ледник Щуровского и олеография Заалайского хребта с пиком Кауфана; последняя даёт полное понятие о внешней конфигурации зубчатого гребня этого многоснежного хребта."
Любуемся пиками Новосибирск и Варшава. Подошли к Бирюзовому озеру:

"Немеркнущая, ветреная синь

Глухих озёр. И пряный холод дынь."


Вскарабкались на плато под ледопадом. Обед. Распластались на "грибах". К вечеру выбрались в верхний цирк. В ожидании ужина разглядывали перевал Академика Королева 2Б* 4950 играли в "крокодила".


18 августа

Залезли на перевал. Виды описывать не буду. Хотя, ледник Толстого и Зеравшанский хребет вдали, на заднем плане — эта картина из разряда незабываемых. Спустились, заобедали. Жара. К вечеру подошли под перевал Толстого 3А 4900.


19 августа

«Ставка больше, чем жизнь»

Солнце догнало нас почти сразу. На станциях стоим минут по тридцать. Один раз я даже уснул на рюкзаке. Наверху были уже во второй половине дня. Картина предстала перед нами фантастическая. Горы в расплавленном шафрановом мареве как мираж, пьяный обман. Нечто нереальное. Поставили палатки, забатонились. Болтаем, играем в карты.


20 августа

О, великое Солце! Великий Маниту зовет нас вниз, в долину. Под испепеляющими лучами идем. Обед на морене под ледопадом. К вечеру, распутав морщины ледника заночевали, не дойдя одной ходки под перевальный взлет перевала Каратура.


21 августа

Утром "бодро" подбежали под перевальный взлет. Каратура-Снежный 2Б* 5150 и решили сделать дневку. По разным причинам. Плов. Одых. Кофе. Карты. Любуемся вершинами: пик Гранитный (5278 м), пик Минтэке (5482 м). Минтэке (5482 м) — вершина в одном из северных отрогов Туркестанского хребта, ледник и река, рожденная ледником. Название произошло от киргизских слов: "мына" — "вот", "мында" — "здесь", "тут" и "тэке" — "горный козел" — и указывает на то, что в этой долине, в районе вершины, водятся горные козлы.


22 августа

«Факельное шествие»

Ночью встали одели снаряжение с фонарями на лбах полезли вверх как гномы из сказок Гауфа. Крики сверху и снизу. Работаем, челночим рюкзаки. Тут еще и снежок пошел. Тихонько, незаметно сыпет себе да сыпет. Так, по свежему снежку вылезли на седловину. Но впереди еще путь через вершину! Перелезли. Заобедали. Бежим вниз. Справа видно перевал Тамынген-Рама. Рама - речка на ту сторону перевала.

Река Рама - первый правый приток Зеравшана, берет начало из одноименного ледника на южных склонах Туркестанского хребта. "Рама" значит "стадо", "гурт" (мелкого скота).
В районе устья Рамы долина и склоны хребтов поросли сочной, густой травой. Здесь много воды. Место это издавна использовалось для выпаса овец.
Сыпуха, ледник, вот и место ночевки - на морене ледника Тамынген. Есть даже стол!
Река Тамынген — приток реки Каратура, впадающей в Джиптык. "Тамынген" — "собравший капли" (от киргизского "тамги" — "капля", "йириглан" — "собравший"). Своим названием река обязана источнику минерализованной воды, расположенному в верхней части долины. Источник сочится во многих местах из склона, занимая площадь более 500 кв. м.


23 августа

Идем к перевалу Джаупайский-верхний. Река Джаупая (Джаупоя).
Название "Джаупоя" (встречается также Джалпоя) означает "подножие пастбища" (от таджикского "чайлов", "джайлов" — "горное пастбище", "летовка" и "по" — "нога"). Ущелье широко используется как пастбище.

В обед небо затянуло тучами, даже упало несколько капель дождя. После обеда на перевал мы просто залетели. Стали орать и беситься как угорелые — последний перевал! Авангард из оголтелых понесся вниз. Упали. Ночью любуемся звездами.


24 августа

Идем смотреть Асан-Усан, альпинистские стенки. На р. Аксу сделали стоянку. Стирка, баня с вениками из арчи. Плов. Приходили местные жители, общались, перенимали знание лекарственных трав. Надир показал какую-то траву, которую он назвал кус-кумач. Говорит, от нее зрение очень острое становится. Вечером песни у костра.


25 августа

Радиалка к стенкам. Выше появилась боярка, береза. Встретили польских альпинистов. Пообщались. Любовались стенами. После обеда помахали Асану-Усану ручкой и пошли вниз, домой. Стоянка на берегу Каравшина, среди зарослей облепихи. Поют цикады. Райское место.


26 августа

Идем до встречи с водителями, к некому Мазару. Все время вдоль дороги по ущелью реки попадаются полуразрушенные строения, частично хозяйственного, частично военного назначения — ни то летовки пастухов превращённые в блокпосты, ни то блокпосты превращённые в летовки пастухов. Никто там не живет. Дошли до палаток — парень из Оша встречает австралийских альпинистов. Прошли еще пару ходок по темноте и упали на пыльной, очень пыльной дороге.


27 августа

"Это синее-синее небо

Над головой,

Это синее-синее небо

Рядом с тобой.

За собою зовёт,

За собою ведёт.

Синее-синее небо,

Только вперёд"


На завтрак сварили последнюю кукурузную крупу, посолили и съели. Все, больше продуктов у нас нет. Один раз из-за валуна неожиданно выскочили два пограничника с автоматами, посмотрели на нас и пропустили. Стали попадаться местные жители, сады, огороды. Но наших водителей так и нет. Хотя, один старик клятвенно уверял нас, что проехала машина за нами и, развернувшись, уехала обратно: "Сам видел!". Так дошли до киргизского блокпоста с красным вымпелом на флагштоке. Погранцы провезли нас на своей машине через Ворух. Пока грузились, подошел пожилой таджик и рассказал, как водил по Матче группы начиная с 1972 года. Называл перевалы, категории, высоты, разные подробности, случаи. В Ворухе заехали в магазин, купили минералки "Оби Зулол", конфет, печенья, истратили последние самони. На стенах магазина постеры с восточными красавицами, Джеки Чаном и Ван Дамом. Музыка похожа на индийскую. Местные жители таращат на нас глаза.
В Ворухе нас "случайно" встретил на остановке Мамиджан-ака — наш водитель. Он по ошибке ждал нас у Мазара на Кшемыше, а не на Каравшине. Ну, что же поехали раз такое дело! По дороге искупались в Тортгульском (Баткенском) море (водохранилище). Тонизирует. Абрикосы везде уже давно собрали. Но мы набрали в саду у дороги яблок. В Баткене пересели в бус, купили колбасы, хлеба, минералки, пряников и поехали в Ош.

Всадники мчатся на распластанных в полете конях, ноги которых выброшены вперед и назад в почти горизонтальном положении. Сидят они близко к холке коней, с силой натягивая сложносоставные луки, стрелы которых уже выпущены в преследуемых животных...

Сентябрь 2006 года

Литература

1. Аль-Истахри, "Китаб масалик аль-мамалик"
2. Аль-Макдиси, "Ахсан ат-такасим фи марифат ал-акалим"
3. Бабур, Захир ад-дин Мухаммед, «Бабур-наме»
4. В.В. Бартольд, "Очерк истории Семиречья"
5. В.В. Бартольд, "Фергана"
6. А.Н. Бернштам, "Древняя Фергана"
7. А.Н. Бернштам, "Историко-археологические очерки Центрального Тянь-Шаня и Памиро-Алая"
8. В.И. Сарианиди, "Бактрия сквозь мглу веков"
9. Я. М. Свет, "По следам путешественников и мореплавателей Востока"

Рассказ о горной V-ке на Матчу в 2012 году, часть маршрута совпадает, фотографии.